ТБ – главный убийца людей, живущих с ВИЧ; поэтому сочетанная инфекция ТБ/ВИЧ требует более тесного сотрудничества в предоставлении услуг как на программном уровне, так и для обеспечения финансирования услуг. Кроме этого, необходимо делать больше для обеспечения доступности качественных услуг и ухода для уязвимых групп, включая людей, употребляющих инъекционные наркотики.

Елене Суховой 33 года, она живет на юге Украины, в Одессе. В настоящее время она лечится от ТБ, работает волонтером в НПО и готовитя стать социальным работником. Елена употребляла инъекционные наркотики, и сейчас инфицирована и ВИЧ, и ТБ. Среди потребителей наркотиков часто отмечаются как более высокие показатели ВИЧ-инфекции, так и повышенный уровень инфицирования ТБ.  ТБ вызывает четверть связанных со СПИДом смертей, и у людей с ВИЧ чаще развивается активный ТБ по причине ослабленной иммунной системы.

“Работа в мини-казино не оставляла мне времени на посещение клиники, поэтому диагноз мне поставили поздно. Я просто принимала таблетки от гриппа и простуды, и пила горячий чай. У меня длительное время был кашель и температура. Кроме этого, болела спина, но я не пошла к врачу, просто надеялась, что поправлюсь. 

Когда наше мини-казино закрыли, я наконец нашла время заняться собой. Как потребитель инъекционных наркотиков, я хотела попасть в программу заместительной терапии. Однако для того, чтобы участвовать в программе,  требовалось пройти обследование на ТБ. Когда я узнала свой диагноз, то была потрясена – я думала, что у меня только ВИЧ, а оказалось, что я больна и ТБ.”

Современное лечение ТБ длится шесть месяцев и с учетом серьезных побочных эффектов препаратов,  увеличивается вероятность, что пациенты прервут лечение, и у них разовьется лекарственная устойчивость. Константин Перцовский, старший менеджер по вопросам коммуникации Международного Альянса против ВИЧ/СПИДа в Украине поясняет, что одной из основных трудностей, с которой они сталкиваются в Украине, – это выработка приверженности к лечению у пациентов:

“Украина – одна из 27 стран, на которые приходится 85% всех случаев МЛУ-ТБ в мире. Поскольку пациенты во многих случаев не завершают цикла лечения, это приводит к развитию МЛУ-ТБ.”

 Елена может подтвердить, что это было трудно и для нее:

Я начала заместительную терапию и одновременно стала пациентом тубдиспансера. Я получаю ДОТС там же, где и заместительную терапию. В начале лечения от ТБ я находилась в клинике постоянно на протяжении 5 месяцев. После этого мне нужно было покупать препараты самой. Но я вылечилась не полностью, поэтому процесс возобновился, и мне опять пришлось лечь в клинику. Моя история довольно типична: многие люди повторно попадают в туберкулезные клиники, даже когда у них нет сочетанной инфекции ТБ/ВИЧ.”

Помимо трудностей в сохранении приверженности к 6-месячному курсу лечения, Елена считает, что одним из важнейших улучшений, необходимых для людей, больных  ТБ, – это обеспечить им надлежащее питание и доступ к лекарственным препаратам для лечения сочетанной инфекции ТБ-ВИЧ.

“Люди с контагиозными формами ТБ не должны покидать клинику, но поскольку там не хватает продуктов питания и лекарств, больным часто приходится выходить в аптеки и магазины, что создает риск для окружающих.”