Олег родом из Мариуполя. Ему 55 лет, 24 из которых он живет с ВИЧ.  В 90-е Олег начал принимать наркотики, заразился ВИЧ и вирусом гепатита С.

«Она была похожа на Ким Бессинджер»

В начале 2000-х Олег стал ездить на заработки в Москву, устроился на работу на шиномонтаж. В 2011-м снова начал употреблять героин, остался в Москве и жил полулегально – нашел фирму, в которой покупал миграционные карты и разрешения на работу. 

Вскоре он познакомился с женщиной, стали вместе жить. Собираясь жениться, мужчина решил перестать употреблять наркотики, постепенно снижал дозу. «Она была блондинкой удивительной, тонкой красоты, – признается Олег.  – Чем-то похожа на Ким Бессинджер. Не удивительно, что на нее запал «теневой» хозяин магазина, где она работала. Потом я уже узнал, что он был начальником райотдела полиции. Вскоре меня забрали прямо с работы, и я поехал за хранение (ред. наркотиков) сначала в Матросскую тишину, а потом в колонию в Рязани». 

Через три года, выйдя из колонии, Олег снова вернулся в Москву. После начала военных действий на востоке Украины депортировать из России его уже не могли, тем более что ехать ему было некуда. Он снова устроился на шиномонтаж. Работы было много, оплачивалась она хорошо. 

Но как украинец и «сиделец» Олег попал в поле зрения местного старшего участкового, который стал бесплатно ремонтировать у Олега свою машину. «Вскоре он стал таскать ко мне не только своих коллег и начальство, но и кучу “левого” народа, которым я был вынужден делать сложный, требующий времени ремонт. Однажды я возмутился и высказал ему все, что об этом думаю. Ты, говорю, совсем берега потерял. После этого ко мне приехал наряд оперов и нашел у меня 150 граммов героина». 

В СИЗО Олег провел год, где у него начал быстро развиваться туберкулез. Ему предложили лечение ВИЧ-инфекции, но там было всего две схемы, от которых мужчине было плохо, и он не стал их принимать. «У меня сильно упал гемоглобин, повезли в СПИД-центр, где меня обследовали на высшем уровне, поставили катетер, делали капельницы». По состоянию здоровья арест Олега не могли продлить, и его должны были освободить, но тюремное начальство надавило на врачей, и через неделю из СПИД-центра его отвезли в больницу в Матросскую тишину.  

«Эту Моторку вся Россия знает»  

Вместо 35-ти лет, которые запрашивал прокурор, судья дал «всего» 13. Мужчину отправили во Владимир, где он полгода провел в тубдиспансере при колонии. «Эту “Моторку” вся Россия знает – ужасное место, хуже, чем изолятор. Каждый день меня заставляли пить до 42 таблеток – над тобой стоит два санитара, мент и медсестра, и попробуй не съешь – плохо, не плохо, никого не колышет. Кроме этого, у них там есть такая заморочка – “явка с повинной”, и ее начали у меня выбивать – поставили “на растяжку” и 40 минут поливали ледяной водой в душе. У меня начался опоясывающий герпес, и кожа сходила кусками как мокрая бумага».  

Тем не менее, даже там Олега смогли поставить на ноги. «Спасибо доктору Крылову, который буквально вытащил меня с того света», – ему подобрали схему АРТ, которую он наконец-то начал принимать. 

«В пять утра пошел снег, а я с босыми ногами»

В 2019-м году руководство колонии приняло решение выпустить Олега раньше срока по совокупности диагнозов. «Мне дали вторую группу инвалидности. Выяснилось, что нужно письмо от родственников, гарантирующее, что они меня встретят и будут помогать, содержать и лечить». Такие нашлись, и 12 мая 2020 года его освободили. При освобождении Олегу не выдали ни антиретровирусной терапии, ни лекарств от туберкулеза. «Я еле ходил, у меня была температура, и к тому же не было теплых вещей – из тюрьмы я взял спортивный костюм и сандалии. С большим трудом добрался до Рыбинска, ночь провел на вокзале, утром пошел снег, а я с босыми ногами». 

«Иди куда хочешь»  

Родственники купили Олегу самое необходимое и отвезли его в тубдиспансер в Ярославле, где у него вскоре стали требовать по 3 тыс. рублей в день за пребывание. «А не то, говорят, мы тебя выпишем. Они вызвали полицейских, которые сказали, что применят силу. Что делать – я собрался и ушел». 

Олег поехал в Москву, но в поезде ему стало плохо. «Надо отдать должное, проводница измерила мне давление и температуру.  И вызвала бригаду медиков, которые меня уже ждали на перроне в Москве». В медпункте Олегу врачи дали таблетки от давления и обезболивающих «на дорогу», и отправили в Белгород (ред. граничащий город с Украиной).  «Там меня тоже встретила делегация врачей, вывезли на пропускной пункт в Харьковской области. Когда посмотрели мои документы, все от меня стали шарахаться». Пограничник провел Олега мимо всей очереди на территорию Украины и сказал: «Иди куда хочешь».  

«Живу уже целый год – я так долго даже не планировал»

Водитель проезжавшей мимо фуры помог Олегу добраться до Харькова и дал сто гривен (350 рублей). В городе мужчине стало еще хуже. «Я стал у людей спрашивать, где тут тубдиспансер, меня направили в два места, оба неправильно. Я тогда просто сел на лавочке и вызвал “Скорую” – так меня привезли в областную больницу». 

Там он и познакомился с соцработниками Харьковского отделения Всеукраинской сети ЛЖВ, которые помогли ему получить АРТ, а самое главное – оформить инвалидность по украинским законам: «Жду пенсию – в этом месяце должен получить в первый раз».    

У Олега диагностировали лекарственно-устойчивый туберкулез, поменяли несколько схем, и врачам удалось добиться прекращения бактериовыделения. «Когда я сюда приехал, у меня вирусная нагрузка была миллион шестьсот (ред. тысяч копий РНК ВИЧ) и (ред. уровень иммунного статуса) – 40 клеток CD4. Сейчас вирусная – неопределяемая, а клетки поднялись до 74-х». В областном тубдиспансере Олег также стал получать заместительную терапию.

Сейчас Олег планирует закончить лечение от туберкулеза, а потом заняться гепатитом С – сотрудники Сети ЛЖВ помогли ему встать в очередь на бесплатную госпрограмму на лечение. Тем временем он уже нашел в Харькове жилье и работу – сторожем в дачном кооперативе: «Там, конечно, надо сделать ремонт в домике, но по крайней мере, есть крыша над головой. Я подумал – раз Господь меня из зоны вытащил, то, может быть, у меня еще получится пожить? Мне по-любому надо карабкаться! Сдохнуть легко, а вот выжить – сложно. Я и так жив уже целый год – так долго даже не планировал». 

Записала: Кристина Ривера
Иллюстрации: Александр Носов

 Олег, Украина, 55 лет